Истории, связанные с "Энигмой", овеяны тайной и породили массу легенд, пожалуй, даже побольше, чем оккультный институт Геббельса "Анэнербе". Информацию, которую нацисты передавали через уникальный аппарат, в годы войны не могли расшифровать ни советские, ни американские, ни английские спецслужбы.

В случае гибели или захвата немецких кораблей капитаны должны были в первую очередь уничтожать именно "Энигму". И не удивительно, что в мире до сего дня удалось поднять со дна лишь несколько относительно уцелевших шифровальных устройств, а в Балтике подводники ранее даже не надеялись найти "Энигму".

Но вот удача улыбнулась латвийскому дайв–клубу "Посейдон", совладелец которого Сергей Семенов поднял на поверхность набор роторов от легендарного устройства — сердце и мозг "Энигмы"! Читатели "Вести Сегодня" узнают первыми о сенсационной находке, которую аквалангисты вскоре обязательно передадут в один из местных музеев.

Гибель охотника за подлодками

История началась с того, что год назад лиепайские друзья Сергея Семенова Сергей Завадский и Вадим Бухарин позвали его вместе нырнуть к недавно локализованному ими объекту, который покоился на глубине 27 метров. Тогда еще никто не подозревал, что это знаменитый в прошлом охотник за подводными лодками UJ–113 — рыбацкое судно Nordmark, спущенное с верфи в 1936 году и до гибели в водах Балтики уже успевшее повоевать под флагом Третьего рейха в Северном море.

Поисковику Бухарину удалось полностью узнать и историю, как погибло судно (остается лишь догадываться, сколько ему пришлось перелопатить архивов!). 22–23 июня 1941 года советский тральщик "Фугас" Т–204 под командованием капитана Гелермана поставил в одном районе Балтийского моря 206 мин образца М–26. И их единственной жертвой стал тот самый UJ–113, ходивший в составе 11–й флотилии.

— Охотник за подлодками (длина 54,7 метра, ширина 8,1 м, водоизмещение 462 тонны) скорее всего цепанул мину бортом. И досталось ему крепко! У корабля начисто отсутствует рубка, а по правому борту на дне лежит лишь ее часть, корма вся просела на винто–рулевую группу. В кормовых каютах очень много человеческих останков, — рассказывает Сергей Семенов. — На носу корабля стоит обросшая ракушками 88–миллиметровая пушка, на корме находился 20–миллиметровый зенитный пулемет, на палубе раньше было полно глубинных бомб, которые сбрасывали в воду, если UJ–113 удавалось засечь подлодку.

Колокол покоился в иле

Во время одного из следующих погружений к кораблю тесть Вадима Бухарина Владимир, начинающий поисковик, совершенно неожиданно обнаружил рынду — судовой колокол, что считается очень большой находкой и удачей для каждого подводника. Колокол лежал в иле на носу корабля, и когда его подняли на поверхность, удалось прочесть старое название корабля — Nordmark. Между прочим, еще за несколько месяцев до этой находки Вадим Бухарин выяснил по своей методике, что судно называлось Nordmark, однако ему никто не верил. А теперь информация полностью подтвердилась! Кроме того, Бухарин поднял обгоревший навигационный планшет, где были документы корабля, карты (цветные!) и прочее.

Еще аквалангисты извлекли на поверхность остатки радиостанции, печатную машинку, а в одной каюте обнаружили гидроакустическую станцию, которой с UJ–113 и "слушали" подлодки. В свою очередь, Сергей Завадский вдруг увидел внутри корабля какой–то странный ящик. Чтобы проникнуть к нему, аквалангисту пришлось на глубине снимать с себя все подводное снаряжение (иначе никак не удавалось протиснуться дальше) и оставить лишь специальный небольшой баллон с воздухом. В ящике Завадский обнаружил уникальную с точки зрения истории дайвинга маску.

— Немецкие диверсанты–подводники проходили очень сильную подготовку. Они эксплуатировали первые в мире дыхательные аппараты — прадедушки современных ребризеров замкнутого цикла. Принцип работы этого аппарата, грубо говоря, следующий: подводник дышал воздухом из специального мешка, куда сам периодически добавлял кислород из баллона. Значит, выдыхаемый воздух в воду не удалялся.

Во–первых, с этим аппаратом можно было очень долго находиться под водой, во–вторых — абсолютно незамеченным, поскольку на поверхность не поднимались пузыри, всегда выдающие аквалангиста, — говорит Сергей Семенов. — И маска, от которой шла трубка к аппарату, была уникальная: из кожи, с регулируемыми в зависимости от ширины лица очками. Ничего подобного ранее мы даже не видели.

Неожиданная находка

А во время недавнего погружения к кораблю Сергей Семенов проник в каюту командира и нашел там деревянную коробку, буквально забитую под доски. Когда Семенов поднялся на поверхность к моторной лодке, где его уже ждали друзья, решил сразу открыть коробку, и… Внутри на подставочках стояли зубчатые колесики — роторы от легендарного морского шифровального аппарата "Энигма"!

У нацистской Германии было несколько видов "Энигм" — полевые, для абвера и морские. На территории, где велись боевые действия в годы Второй мировой, уже в послевоенное время нашли немало полевых шифровальных аппаратов, но обнаружить морскую "Энигму" считается действительно редкой удачей, за этими аппаратами буквально охотятся коллекционеры и музеи всего мира!

— Сперва я не поверил своей удаче! — восклицает Сергей. — Ведь все, что связано с морскими "Энигмами" (и слово–то с древнегреческого переводится как "загадка"), по сей день овеяно тайной и обросло легендами.

Прочесть тайный шифр

Первые "Энигмы" появились на флоте еще в 1926 году, а потом постоянно совершенствовались. Это устройство работало по принципу печатной машинки, а внешне напоминало большой кассовый аппарат с автономным электропитанием. В "Энигме" имелось три ряда клавиш с 26 буквами латинского алфавита, а над клавиатурой были расположены три ряда лампочек–индикаторов. На передней панели размещались три ротора с нанесенными по ободу буквами.

— Все "Энигмы" были номерные. И вот посмотри, на номерных роторах и на коробке выбито М–1752, — показывает Семенов. — Человек набивал сообщение, а на выходе получалась полная абракадабра, и прочесть ее мог лишь тот, кто точно знал, какие именно роторы (с соответствующими номерами) использовались для данной шифровки.

Принцип работы "Энигмы" сводится к замене символов вводимого текста по таблице соответствия. Для увеличения количества возможных вариантов в "Энигме" такая замена производилась несколько раз! Роль шифрующего узла при этом играла комбинация роторов. В Германии считали, что такую защиту невозможно взломать при всем желании, поскольку теоретически она предполагала 2x10 в 145–й степени вариантов кодирования! Причем "Энигма" никогда не находилась в радиорубке, только в каюте капитана.

Командир корабля вводил данные, а шифровальщик уже получал ту самую абракадабру и из радиорубки передавал ее дальше. Расшифровывать информацию, переданную с "Энигмы", пытались чуть ли не все спецслужбы стран–союзников, но безрезультатно, а если что и получалось прочесть, то не полностью. СССР, Англия и США проводили сверхсекретные операции по захвату на судах "Энигм" (об этом было снято немало советских и американских боевиков), однако, как правило, все было безрезультатно. По приказу, если корабль тонул или его захватывали, "Энигма" должна была уничтожаться капитаном в первую очередь.

В дар музею

— Насколько я знаю, на Балтике ранее никто из подводников–поисковиков не находил ни роторов от "Энигмы", ни уж тем более всего аппарата, — замечает аквалангист. — Да, мы пока подняли не саму машинку, а ее сердце и мозг, главные части аппарата. Мы имеем дело с комплектом трехроторной машинки, но три колесика отсутствуют. Видимо, они как раз и стояли в аппарате в момент гибели судна. Но есть шанс: поскольку корабль затонул очень быстро, "Энигма" цела и лежит на дне — где–то на погибшем охотнике за подлодками.

Сейчас я с друзьями готовлюсь найти саму "Энигму" и еще провести консервацию коробки с роторами, чтобы потом передать все в один из латвийских музеев. Возможно, клуб "Посейдон" отдаст части шифровального устройства в Юрмальский городской музей, где сейчас представлена экспозиция знаменитого подводника–археолога Валдемара Райнса. Но вообще хотелось бы, чтобы такие предметы выставляли для более широкого круга, например, в Музее истории Риги и мореходства. Почему бы там не выделить зал под музей подводной археологии? Более того, мы готовы передать музеям все, что поднимали с глубин Балтики, абсолютно бесплатно! — подчеркивает Сергей Семенов.

Этим материалом газета "Вести Сегодня" и клуб "Посейдон" продолжают проект, цель которого — совместно находить информацию о затонувших объектах на Балтике, а потом делиться ею с рядовыми читателями, подводными археологами из разных стран, историками. Ведь это история нашего моря!

На днях команда поисковиков во главе с одним из ведущих археологов Латвии Валдемаром Райнсом и совладельцем дайв–клуба "Посейдон" Дмитрием Семеновым отправилась к замку в Дундаге, чтобы исследовать у его стен дно Мельничного озера. С этим местом связано немало легенд, где рассказывается и о замурованной в стене сестре хозяина замка, и о призраке, блуждающем по ночам, и о черте, который стережет клад. Но ведь не случайно эти предания родились! И очень часто археологам именно благодаря сказаниям удавалось сделать сенсационные находки…

Гном плясал при луне

Рано утром возле стен замка выстроилась вереница машин, аквалангисты разложили на берегу Мельничного озера оборудование для подводных работ и к удивлению жителей провинциального городка, которые давно уже не считают родной водоем особым и тем более интересным местом, приготовились к серьезному поиску на глубине. А ведь этот регион действительно особый и с богатой историей! "Знаете ли, например, историю названия местечка Дундага? Сперва курземское поселение имело два названия — финское Тонту, что в переводе означает "Гномы" (от него и появилось слово Дунда, а потом и Дундага), а также эстонское Тонт — "Привидение"", — рассказывает Валдемар Райнс.

Есть и легенда, где говорится о привидении. Однажды ночью в замке справлял свадьбу местный король гномов, но сестра барона, которому принадлежала "недвижимость" около озера, была категорически против этого праздника нечисти. В результате злобный гном приказал ее замуровать в стене. И до сих пор призрак женщины выходит по ночам из стены, бродит по замку, пугает всех, кто вдруг оказался поблизости — забрел по лунной дорожке к замку.

— Когда в 1995 году я с группой единомышленников был в замке, сотрудники местного краеведческого музея рассказали нам, что в одну из стен вмурован камень с древними магическими знаками — ведьмиными символами. Но обычно подобные камни вмуровывали там, где погиб человек! И возможно, именно за этим ведьминым знаком — каменная могила той самой сестры барона, — предполагает Райнс.

Загадка липового острова

Стены замка XIII века возводили не просто рыцари, а некие служители древнего культа солнца. Они сориентированы так, чтобы передняя стена со входом на территорию встречала рассвет, а на заднюю, соответственно, падали лучи на закате. Интересно и то, что на одной стене изваяние рыцаря, а на противоположной — аббата. Если внимательно изучить их лица и проследить, куда смотрят фигуры, тогда можно найти на другой стене крест — знак, где спрятаны сокровища. Правда, извлечь их на свет непросто, поскольку клад охраняет черт. Крест нужен, чтобы он своей силой противостоял нечисти и не давал той власти над замком.

— Есть версия: еще до того, как появился замок (его построили в сердце языческого культового места), на соседнем острове Мельничного озера стояла крепость, а задолго до нее там было уж совсем древнее городище. Остров с "большой землей" якобы соединялся тайным подземным ходом. Надо проверить и эту легенду, — только и успел сказать Дмитрий Семенов и скрылся под водой.

Подводники разделились на несколько команд и одновременно начали исследовать дно с разных точек вокруг заросшего гигантскими липами острова, на который от замка теперь ведет деревянный мост. Не исключено, что даже на небольшой глубине в иле можно найти следы поселений людей, живших в здешнем крае до XII века: черепки, изделия из рога, кости, камня…

Когда пушки превращаются в фольгу

Впрочем, на дне запросто могли лежать и предметы значительно более позднего времени. Замок в Дундаге разрушался несколько раз, в том числе в годы Северной войны, а в последний раз — в 1905–м его сожгли революционеры. Потом его восстановили. В годы Великой Отечественной войны на территории замка нацисты держали 5000 евреев — мирных жителей и 1000 военнопленных. Кроме того, на берегу останки двух мельниц — водяной (именно от нее происходит название озера) и простой, упоминания о которой встречаются в источниках 1808 года.

— Кто знает, что может лежать в иле! Так, например, в озере у стен замка в Эдоле тоже никто ничего не предполагал заранее, а мы вдруг нашли рыцарские доспехи. Или же я вот в озере близ развалин крепости крестоносцев в Арайши обнаружил два скелета. Скорее всего, это были останки воинов, оборонявшихся от дружин Ивана Грозного, который напал и разрушил замок рыцарей, — вспоминает Валдемар.

Но когда достаешь что–либо из–под воды, надо действовать оперативно — консервировать находки в специальных жидкостях, поскольку иначе, стоит поднять с глубины какой–то металлический предмет, он под воздействием кислорода начинает тут же разрушаться. Были случаи, когда пистолеты и пушки, лежавшие на дне и вдруг извлеченные на поверхность, сперва выглядели идеально, а потом за считанные часы чернели, разбухали и превращались буквально в фольгу. Даже глазам не верилось, что такое может быть!

Давным–давно из Мельничного озера один рыбак вытащил кусок металлической трубы с гербом барона Бера, где было изображено препарированное сердце. Потом выяснилось: трубу кто–то стащил из склепа соседнего кладбища, а потом утопил в озере. Но вот что удивительно: замок принадлежал роду Остенхаузенов, а владения барона Бера были совсем в другом регионе…

Дайнам верить нельзя!

Райнс вместе с Семеновым часто идут по следам древних сказаний, которым, в отличие от дайн, можно верить. Дело в том, что многие наиболее старые дайны родились вовсе не в здешнем крае, а в других землях, откуда их принесли с собой кочевавшие в ту древнюю пору балты. В свою очередь, сказания рождались уже на местах — на территории, много позже названной Латвией, значит, удается почерпнуть немало ценной информации о старинных замках и даже о кладах.

— У балтов была традиция — "прятать концы в воду". Эти племена очень редко что–то зарывали, чаще — топили. Поэтому сокровища следует искать в озерах и болотах, — убежден Райнс. — Вот есть сказание, что в озере около замка Балтмуйжас потоплены бочки с золотом. И бочки я на дне действительно нашел! Правда, без золота… А еще я достал там бутылки с растениями внутри: судя по всему, это были какие–то целебные настойки. Кстати, по бутылкам можно определить, когда в том или ином районе что–то происходило, тем более если поддерживаешь связь с коллекционерами. Очень часто именно по бутылкам определяют и возраст затонувших кораблей, когда они в последний раз ходили по морям, под каким флагом…

Все тайны спрятаны в иле

Подводников очень заинтересовал и колодец у стены замка. Есть легенда, будто в него сбросили сокровища во время войны со шведами, а потом сверху накидали камней. Жаль только, когда на территории замка, уже в XX веке, располагалась городская школа, администрация учебного заведения, дабы детишки не свалились в колодец, распорядились залить его бетоном… А ведь у археологов есть даже специальная система проверки колодцев. И чего в них только не находили! Немало колодцев исследовал и Райнс, только перед спуском на глубину он спускал ко дну на веревке магнит — прощупывал им, нет ли каких–то металлических предметов.

И вот спустя часа два аквалангисты стали группами выходить на берег из вод Мельничного озера. Увы, клад и подземный ход обнаружить не удалось, поскольку слишком большие иловые отложения — на метр с лишним, а когда роешься, видимость под водой падает окончательно, хотя она и так всего сантиметров тридцать. Зато у самого берега на дне валялось много сломанных удочек, кирка, аквалангисты подняли несколько бутылок, одну — с остатками горчицы еще времен Первой республики, и извлекли на поверхность часть от диска ППШ.

— Тем не менее, когда я водил у дна металлодетектором, звенело все кругом, однако докопаться до предметов не удавалось из–за густого ила, — говорит Дмитрий Семенов. — Что же, спустя время мы к Мельничному озеру, возможно, еще вернемся. Оставим все самое интересное на потом!

"Вести Сегодня", № 143.